Понедельник, 19.11.2018, 00:14
Приветствую Вас Гость | RSS


Меню сайта
Категории раздела
Наш опрос
По каким направлениям вам нужны задачи?
Всего ответов: 461
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Научные статьи

Главная » Статьи » Мои статьи

Проблемы квалификации преступлений по вовлечению несовершеннолетних в совершение преступлений и иных антиобщественных действий

Так, ст. 150 УК РФ «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления» предусматривает ответственность за вовлечение подростка в совершение преступления путем обещаний, обмана, угроз или иным способом, совершенное лицом, достигшим 18-летнего возраста [2].

Как правило, взрослый отрицает свою осведомленность о возрасте несовершеннолетнего лица, вовлекаемого им в совершение преступных или антиобщественных действий. Поэтому на начальном этапе расследования необходимо проверить, соответствуют ли его показания всем фактическим обстоятельствам дела.

Объективными доказательствами того факта, что взрослый знает о возрасте вовлекаемого им несовершеннолетнего в преступную или антиобщественную деятельность, могут служить:

– внешний вид подростка (очевидность его возраста, особенности поведения, речи);

– родственные отношения;

– профессиональные отношения (учитель, ученик и т. п.);

– продолжительность знакомства по месту жительства, учебы, работы;

– совместные празднования дня рождения, дарственные надписи на подарках, записи в блокнотах и записных книжках с указанием даты рождения и пр.

Наибольшую сложность вызывает доказывание факта осведомленности вовлекающего о возрасте вовлекаемого, когда указанные лица не состоят в родственных отношениях. В этом случае, как правило, защитную версию вовлекающего опровергнуть крайне сложно, даже тщательно исследуя личность подростка и взрослого, тем более что зачастую в совершение преступлений и антиобщественных действий вовлекают подростков малознакомых, а то и вовсе незнакомых, внешний вид которых далеко не всегда свидетельствует об их несовершеннолетнем возрасте.

В то же время в следственной практике бывают случаи, когда, вовлекая заведомо несовершеннолетнего в совершение преступления, взрослое лицо не признает свою вину, мотивируя свое поведение незнанием закона, что, впрочем, не освобождает его от уголовной ответственности. Примером может служить вынесение Арсеньевским районным судом Тульской области обвинительного приговора в отношении А.В. Грачева, вовлекшего несовершеннолетнего П.Г. Грачева, являющегося его братом, в совершение серии краж из дачных домов, расположенных на территории Арсеньевского района Тульской области. В судебном заседании подсудимый А.В. Грачев показал, что не вовлекал несовершеннолетнего П.Г. Грачева в совершение преступления, он не знал, что наступает уголовная ответственность, если вместе с несовершеннолетним в группе совершаешь преступление. Данное обстоятельство не было принято судом во внимание, так же как и мнение защиты о необходимости оправдания подсудимого, поскольку в судебном заседании было установлено, что несовершеннолетний П.Г. Грачев совершил кражу только после предложения половины денег от реализации похищенного. По эпизоду вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления суд назначил А.В. Грачеву наказание в виде лишения свободы [9].

Еще одной проблемой при квалификации действий по ст. 150, 151 УК РФ служит тот факт, что в достаточно большом количестве случаев преступления или антиобщественные действия совершают лица из одной компании, с небольшой разницей в возрасте, когда невозможно установить, от кого именно поступило предложение о совершении противоправного поступка. А зачастую в таких объединениях, где превалирует возраст 16–18 лет, выраженными лидерскими качествами обладают лица более младшего возраста и «вовлеченными» оказываются совершеннолетние, что опровергнуть также крайне проблематично.

При вовлечении же в совершение преступления давно существует преступная практика возложения вины на подростка под предлогом того, что для несовершеннолетних существует более мягкая уголовная ответственность. И подросток из чувства солидарности, из ложно понятого чувства товарищества берет вину на себя, а взрослый уходит от ответственности за вовлечение [19, с. 306].

Сложности возникают и при процессуальном закреплении самого факта вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления или антиобщественного действия. Несмотря на перечисление в законе действий, свидетельствующих о нем, все равно данный момент остается размытым, неконкретизированным, что вызывает проблемы правоприменения. Каждый прокурор, каждый суд выработал свою трактовку и свой подход к определению данного понятия, усматривая недостаточность доказательств вовлечения при подписании обвинительного заключения (акта) и вынесении приговора.

Вовлечением следует считать активные действия, направленные на возбуждение желания у последнего участвовать в совершении преступления.

Для признания вовлечения состоявшимся закон предусматривает возможность использования обещаний, обмана, угроз или иных способов. Что подразумевается под «иными способами», закон не раскрывает. Представляется, что наиболее подробно понятие процесса вовлечения закрепляло постановление Пленума Верховного Суда СССР от 3 декабря 1976 г., [8] которое разъясняло, что под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления следует понимать действия, возбуждающие у него желание участвовать в совершении одного или нескольких преступлений, сопряженные с применением физического или психического воздействия (побои, уговоры, уверения в безнаказанности, лесть, угрозы, запугивание, подкуп, обман, возбуждение чувства мести, зависти или других низменных побуждений, дача совета о месте и способах совершения или сокрытия следов преступления, обещание оказать содействие в реализации похищенного и др.).

Есть мнение, что «способы, которые выбирает виновный для возбуждения желания у другого лица совершить преступное деяние, могут быть самыми разнообразными, их перечень является открытым. Однако они не должны вводить в заблуждение или полностью подавлять волю вовлекаемого лица, которое всегда остается свободно действующим субъектом. Следовательно: а) применяемые способы не должны создавать состояние крайней необходимости и б) по своим свойствам они должны обладать способностью вызывать в другом лице решимость сознательно действовать определенным образом (что не всегда возможно при обмане)» [7].

Однако мы не в полной мере согласны с этим мнением. Почему не может считаться вовлечением в совершение преступления, например, ситуация, при которой подростка вынуждают его совершить под угрозой расправы над его близкими?

То же самое касается и вопроса квалификации деяния лица по ч. 3 ст. 150 и ч. 3 ст. 151 УК РФ [2]. Если несовершеннолетний вовлекается в совершение преступных или антиобщественных действий под воздействием угрозы применения насилия, как, кроме состояния крайней необходимости, можно определить эту ситуацию? Безусловно, в каждом конкретном случае необходимо рассматривать, какие именно правоохраняемые интересы были принесены в жертву. Однако, по нашему мнению, при любой ситуации вовлечение здесь будет иметь место и за него должна возникать ответственность. Другое дело – ответственность подростка.

Что касается применения насилия, то здесь несовершеннолетнее лицо фактически утрачивает возможность выбора, и о решимости с его стороны сознательно действовать речь может идти далеко не всегда.

Еще один спорный момент возникает при разграничении угрозы и применения насилия. Ведь насилие может быть как физическим, так и психическим. А угроза также является разновидностью психического насилия. Вопрос критериев деления в данном случае не урегулирован. В основной массе изученных нами источников психическое насилие подразумевает под собой угрозу применения физического насилия, ставящего в опасность жизнь, здоровье или какие-либо особенно важные для подвергающегося воздействию лица или его близких, ценности.

Однако согласно мнению Е.Г. Веселова «насилием будет любая угроза, так как закон не дает нам оснований для ограничения содержания психического насилия только угрозой физического насилия. Главное, чтобы такая угроза отвечала признаку соразмерности принуждения… Угроза, доведенная до сведения адресата непосредственно (например лично)… всегда является элементом принуждения: это не просто сообщение о грозящей опасности, это сообщение об опасности, исходящей от угрожающего. Лицо, угрожающее другому, преследует определенную цель... Содержание угрозы выражается в неблагоприятных последствиях и в действиях, которые следует предпринять или не предпринимать, чтобы эти последствия не произошли. Последствия должны носить исключительно преступный характер…».

И, разделяя это мнение, полагаем, что угроза как составляющая объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 150 УК РФ, должна отграничиваться от психического насилия, входящего в состав объективной стороны деяния, предусмотренного ч. 3 той же статьи, по признаку опасности последствий, предполагаемых на основании высказываемых вовлекающим намерений [21, с. 56].

Проблемы, возникающие при привлечении к ответственности лица за вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий, в первую очередь состоят в необходимости доказывания систематичности такого вовлечения.

Систематическое употребление алкоголя или одурманивающих веществ предполагает склонение несовершеннолетнего к этому более двух раз в течение непродолжительного времени (например, один раз в неделю, каждый месяц)(1).

На практике для возбуждения уголовного дела по ст. 151 УК РФ с целью привлечения к ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в употребление спиртного или одурманивающих веществ необходимо наличие не менее двух протоколов об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.10 Кодекса об административных правонарушениях РФ «Вовлечение несовершеннолетнего в употребление пива и напитков, изготавливаемых на его основе, спиртных напитков или одурманивающих веществ», рассмотренных комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав, с признанием лица виновным в вовлечении подростка в употребление спиртных или одурманивающих веществ. Решения по данным протоколам подтверждают наличие систематичности употребления несовершеннолетним указанных веществ под воздействием одного и того же лица, которое и подлежит в этом случае уголовной ответственности.

 

Категория: Мои статьи | Добавил: kemerovo3000 (06.11.2018)
Просмотров: 6 | Рейтинг: 0.0/0
Вход на сайт

Поиск